Сегодня: 20 июля 2019 | 19:00
Ясно+27ветер 2 м\с
Язык: рус укр

Войти

Переселенка Наталья Соловей: «Война нас не сломала, а сделала сильнее»

10:21

Мало кто из нас представляет, что пришлось пережить людям, которых мы сейчас называем переселенцами. Особенно тем, которым в 2014‑м было что терять: дом, работу, стабильность… Из-за войны Наталье Соловей пришлось покидать Донецк вместе с мужем и тремя дочерьми (младшей тогда было шесть месяцев). В прошлой жизни осталось предприятие супруга и её личное ателье, в нынешней — появилась надежда возродить швейное дело. О бизнесе с нуля, отношении к проблемам и о том, как война меняет людей, бывшая дончанка и нынешняя бердянка Наталья Соловей рассказала читателям «Бердянских ведомостей».

Переселенка Наталья Соловей: «Война нас не сломала, а сделала сильнее»

Первое, на что обращаешь внимание при общении с Натальей, — это лёгкость и простота. Ей интересно всё новое, и она постоянно в движении. Говорит, всегда была такой. Наверное, именно эти качества помогают ей выстоять в трудные периоды и с оптимизмом смотреть в будущее.

— У меня такой склад характера: как бы ни было тяжело, поплакала и пошла дальше, — рассказывает она. — И дети помогают выстоять. Моей старшей дочери Анастасии — 19, средней Алисе — 14, младшей Алексии — 5. Старшая учится на Днепропетровском факультете Киевского национального университета культуры и искусств, осваивает парикмахерское искусство. Средняя хорошо учится и увлекается восточными танцами, а младшая готовится к своим первым соревнованиям по художественной гимнастике, которые пройдут 15 марта. Каждый день начинается в семь утра, когда отвожу детей в школу-сад, а заканчивается после художественной гимнастики, музыкальной школы, танцев… То есть мой рабочий день длится 12 – 14 часов.

Для меня на первом месте — интересы детей, на втором — обеспечение интересов детей, а уже на третьем — свои собственные интересы

— А что же будет, когда они вырастут и уедут?
— Я этого не боюсь. Уверена в себе и знаю, что буду востребована в любом возрасте. Главное, что определилась с любимым делом.
Любимым Наталья считает швейное дело. Её мама — швея во втором поколении, соответственно она — уже в третьем.
— Шить умею с маленького возраста, — говорит Наталья. — В 13 лет мама дала мне первый раз подшить брюки, научила как, а потом заплатила за работу такую сумму, что на тот момент можно было себе много позволить. И мне очень понравилось, что на этом можно зарабатывать! Я ведь всегда искала пути, как заработать деньги.
Но потом ставила себе другие цели — сначала хотела получить высшее образование. В Донецкий институт поступила не с первого раза, но всё же получила желанное высшее образование. Параллельно строила карьеру. С первого курса института работала в гипермаркете «БУМ» ассистентом управляющего, потом — на горловском молокозаводе (торговая марка «Марічка») — оператором компьютерного набора, торговым представителем и региональным менеджером.
А затем случилось то, что заставило кардинально изменить род деятельности. Средняя дочь Алиса в два годика упала с качелей и получила серьёзную травму позвоночника. Врачи прописали колоссальное лечение: мы должны были пройти курс массажа, регулярно посещать бассейн, делать различные процедуры… А так как у меня не было свободного графика, пришлось бросать работу. И тут я вспомнила своё любимое увлечение. Сначала занималась мелочёвкой — подшивала курточки, меняла молнии и тому подобное. А потом на железнодорожном вокзале арендовала торговую точку. Поставила швейную машинку, нашла помощницу… А когда дочки серьёзно увлеклись танцами (Анастасия — современными, а Алиса — восточными и немного бальными) и начали выступать, я стала шить им сценические костюмы.
— А как же позвоночник Алисы?
— Одно другому не мешало: вернее, бальные танцы мешали, а восточные развивали пластичность и расправляли мышцы. Это был единственный вид танцев, который врач не запрещал. Более того, с трёх лет Алиса занималась синхронным плаванием: сначала в группе здоровья, а когда состояние улучшилось (с шести лет) — в основной группе.

Переселенка Наталья Соловей: «Война нас не сломала, а сделала сильнее»— Когда война «ворвалась в Ваш дом»?
— Когда «стадо овец» пошло за республику голосовать. Это печально на самом деле. Мы работали и платили налоги, я получала в своей стране всё, что нужно было для нормальной жизни. У моего мужа в Донецке было большое серьёзное предприятие, которое занималось вторсырьём, но с началом войны машины отобрали… У меня был шестимесячный ребёнок на руках, и я не знала, что делать. Жизнь развернула и толкнула так, что всё перевернулось с ног на голову.
Когда начали бомбить аэро­порт, тянуть было некуда. И 6 июня мы уехали от войны в Бердянск. Надеялись пересидеть несколько недель возле моря и вернуться. Тогда пол-Донецка сидело в Бердянске. Снимать квартиры в центре было очень дорого, но мы вынуждены были продлевать аренду. Прошло лето и началась осень, а у нас — ни вещей, ничего… Как отправлять детей в школу? Мы никак не могли смириться с тем, что уже не отдыхающие, а живём здесь. Это понимание пришло только к зиме, когда закончились все сбережения. Был период, когда мы жили в Харькове (у мужа была там работа), а потом опять вернулись в Бердянск.
— Война ломает людей психологически. Например, у вас было всё: деньги, статус — и в один миг ничего не осталось. Что помогло пережить этот стресс?
— Война нас не сломала, а сделала сильнее. Хотя знаю многих людей, которых она сломала. Многие бывшие руководители предприятий и начальники начали пить и вести аморальный образ жизни. А другие наоборот, например, мой муж, который всю жизнь занимал руководящие должности, не сломался и не начал пить, а сел за руль и стал таксовать. Потому что надо зарабатывать деньги и кормить семью. Третьего не дано.
Ближе к весне 2015‑го, когда младшей дочери было больше года, я тоже начала таксовать. Впрочем, бралась за всё: соседка предложила на даче оборвать черешню и продавать на рынке, я обрывала и продавала.
Бердянск — специфический курортный город: тут тяжело найти себя, если ты не коренной житель. Переселенцы, конечно, иногда собираются вместе в двух организациях, расположенных в центре города, но у меня на это нет времени.
— Но мечта вернуться к любимому делу осталась. Уже будучи в Бердянске, Вы подали заявку на получение гранта. Расскажите об этом подробней.
— Я столкнулась с тем, что в Бердянске у меня не было нормальной швейной машинки. То, что мне удалось вывезти из Донецка, — это старенькая ушатанная машинка, на которой ещё мама шила. А ту, которая была в ателье, «потеряли»: недалеко прилетел снаряд и всё было посечено осколками.
Я начала искать варианты, где найти деньги на новую машинку. Узнала о гранте от проекта ЕС «Містки громадської активності» и, недолго думая, села и честно описала свою жизнь и свои цели. Из 100 человек было отобрано пятеро-шестеро, кого пригласили во Львов на защиту своих проектов. И ура! На выигранные деньги я купила хорошую швейную машинку и распошивальную машинку. Оверлок уже покупала с рук за свои средства. А потом вместе с двумя другими мастерицами арендовали по комнатке в трёхкомнатной квартире. В своей комнате открыла интернет-ателье «Легенда».
— Как можно сделать заказ в Вашем ателье?
— Пока только найдя мою страничку в соцсетях. Я как раз собираюсь заняться продвижением своего бизнеса в интернете.
— Над чем сейчас работаете?
— Всё зависит от заказов. Бывает, поступает два-три заказа в месяц, а бывает — месяц затишья. Если раньше я бралась за любую работу, то сейчас не хочу распыляться на разные вещи. Моя цель — освоить техники, необходимые для шитья костюмов для танцев и спортивных занятий.
— От кого чаще всего поступают заказы?
— Моими клиентами остались жители Донецка, которые разъ­ехались по всей Украине и теперь из разных городов присылают заказы на пошив детских костюмов. Наибольшая часть заказов идёт дистанционно. И, конечно же, мои основные заказчицы — это дочери, которым эти костюмы приносят удачу. Как‑то взяли костюм напрокат — и заняли плохое место. Тогда Алиса сказала, что больше напрокат ничего брать не будем. Нас с Алисой уже знают на соревнованиях: знают, что мы всегда хорошо выглядим и хорошо танцуем.
— Насколько я понимаю, пока швейный бизнес тяжело назвать стабильным. Вы и сейчас находитесь за рулём такси и ждёте очередной заказ…
— Да. За руль меня подбила сесть начальница, когда я работала ассистентом управляющего гипермаркета «БУМ» в Донецке. Предприятие оплатило обучение в автошколе, помогло взять ссуду на новый автомобиль. А когда я взяла в кредит «Рено Сандеро», на Донбассе начались военные действия. Мне пришлось таксовать, чтобы выплачивать кредит. Но приходится таксовать, чтобы помочь мужу кормить семью.
— Мечтаете об отдыхе?
— Очень. Я мечтаю просто пойти на море и отдохнуть. Как раньше, когда приезжала в Бердянск на отдых…
— Продолжите фразу: «Когда‑нибудь я обязательно…»
— Отдохну и достигну своей цели — поставлю швейный бизнес на широкую ногу и приду к тому, что ателье будет работать по моим эскизам. Для этого нужно многое: деньги, опыт, кадры, реклама, клиенты… Но мы готовы продолжать свою борьбу за место под солнцем.

Как учительница из Бердянска с... Бердянец Руслан Кордобан привё...