Сегодня: 19 апреля 2019 | 20:00
Облачно+8ветер 4 м\с
Язык: рус укр

26.85

30.21

Войти

Авторская колонка Юрия Перхурова “Разговор с внуком”

12:01

Да, Сема, это были твои первые выборы. Ну как, понравилось? Скучно? Понимаю. Пришел на участок, взял бюллетень, зашел в кабинку, поставил крестик, кинул бюллетень в урну, ушел с участка.
Да, Сема, вспомнить будет практически нечего. В этом плане тебе не повезло. Надеюсь, что только в этом. Знаешь, когда тебя еще не было, были советские времена. И там тоже были выборы. О, какие это были выборы! Участвовать в них должен был каждый. Не право, а обязанность такая. По домам и квартирам ходили агитаторы, которые выясняли, проголосовал ты или нет. 99,99 % была обычная явка на выборы. Хотя выбирать было не из кого. То есть в бюллетене один кандидат. Вот за него и голосуй. Некоторые пытались возмущаться, что на выборах должен быть выбор. Ну, хотя бы из двоих. Таких граждан приглашали к себе люди в штатском, хотя они были в форме, и объясняли. Если нужен всего один, зачем в бюллетене должно быть несколько. Нужен‑то один. Вот он и есть. Все очень просто. А знаешь, какие были буфеты?! Буфет — это такая точка прямо на участке, где торговали всякими вкусностями. Вот прикинь, в магазине такого товара нет, а в буфете есть. Трудно доходит? Понимаю… Там еще наливали. Поэтому некоторые компании просиживали в буфете, пока участок не закрывался.
Сема, вы проходили в школе, что такое «перестройка»? Не помнишь? В общем, в 1985 году народу представили нового руководителя. Нам таких выбирать не доверяли. Его там на самом верху назначали. И вот этот новый начал разрешать появление в бюллетене более двух фамилий. Мы‑то поначалу растерялись, а потом во вкус вошли. А в 1991 году нас всех позвали на референдум. Даже два раза. Тогда мы все жили в такой большой стране, которая называлась СССР. Там украинцы жили, русские, туркмены, эстонцы — короче, кого только не было. И вот, Сема, представляешь, у всех вдруг спросили, хотим ли мы и дальше все жить в СССР? Ну, мы все дружно сказали «хотим», хотя жрать уже было нечего. А через девять месяцев еще один референдум и вопрос, не хотим ли мы отделиться от СССР? Ну, мы все дружно снова сказали «хотим» и отделились. А как же! Хотя сейчас некоторые жалеют…
Ты уже, Сема, родился в независимой Украине. Ты, конечно, не застал, но на выборах тут тоже было весело. Много было охочих до власти. И вот они сажали в автобус человек 30 и возили по участкам. И эта толпа на каждом участке голосовала. Конечно, за определенного кандидата. «Карусель» называлась. Или пойдет один избиратель да и вынесет бюллетень. Передает он этот бюллетень другому и тот идет с ним на участок. А там еще один ему выдают. И вот один бросает в урну, а второй выносит. И передает третьему. И так далее вся эта цепочка голосует за одного кандидата. А тот каждому из этой цепочки денежку дает. И кандидатов у нас по указке с выборов снимали, и протоколы подделывали. И могли на одном участке по трое суток голоса считать. Весело было. А сегодня кто‑то сфотографировал бюллетень — вся комиссия «на уши встает» и полицию зовет. Знаешь, Сема, какие раньше страсти кипели на выборах? Мы с твоей бабкой один раз даже чуть не развелись. Не сошлись, понимаешь, в политических симпатиях.
Ладно, Сема, одевайся, проводи дедушку на участок. Ты там буфета не видел?