Председатель городской общественной организации «Союз Чернобыль» Татьяна Коваленко: «Я не знаю, какой бы я была, если бы в моей жизни не было Чернобыля»

Смирнова Екатерина

18.12.16 | 09:57
Поделиться ссылкой:  

Татьяна Коваленко 10 лет возглавляет городскую общественную организацию «Союз Чернобыль» и не мыслит свою жизнь без общественной работы, без общения с людьми. Она активно участвует в решении проблем чернобыльцев. А все проблемы, с которыми обращаются к ней, Татьяна Федоровна пропускает через себя, ведь она знакома с ними не понаслышке — она тоже принимала участие в ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы.

«Моим детям на момент моей командировки в Чернобыль исполнилось три и 10 лет»

— Татьяна Федоровна, как Вы попали в Чернобыльскую зону?

— Меня как медработника, вместе с моими коллегами-водителями, призвали на ликвидацию аварии из автотранспортного предприятия 2209. Меня не должны были посылать в эту командировку, так как моим детям на тот момент исполнилось три и 10 лет, но… Вообще на нашем предприятии было четыре медработника, и сначала говорили, что в Чернобыль поочередно поедут все. Но так получилось, что, кроме меня, другие медработники нашего предприятия туда уже не поехали.

Я была в Чернобыле с 28 сентября по 6 ноября 1988 года. Наши водители в сводной транспортной автоколонне Министерства автотранспорта участвовали в стройке дорог и мостов, а я выезжала на линию, контролировала состояние здоровья людей.

Страшно было ехать в Чернобыльскую зону. Хотя о том, что там притаилась опасность, внешне напоминало немногое — только таблички: «Заражено. Радиация». А вокруг — красота, астры цветут, на деревьях висят большие плоды.

Квартиру, где мы жили, периодически проверяли дозиметристы. И как‑то «зазвонило» одеяло одного из водителей, Виктора Игнатенко, а ведь он укрывался им в течение двух недель! К сожалению, его уже нет в живых. И кто знает, как сказалось на его здоровье именно это радиоактивное одеяло?

Вообще пребывание в Чернобыле сказалось на здоровье всех ликвидаторов. У меня, например, с 1993 года третья группа инвалидности.

— Как Ваша семья отнеслась к тому, что Вы поехали в Чернобыль?

— Даже вопрос такой не возникал, что могу не поехать, и семья меня поддерживала, хотя и беспокоились обо мне очень. Мы так были воспитаны: раз сказали, то нужно выполнять.

Во время моего отсутствия о моих детях заботилась моя свекровь. Помню, что в Чернобыльской зоне не было птиц, животных и, что самое ощутимое для любой матери, — детей. Только когда мы уже возвращались назад и выехали на «чистую» зону, я услышала детские голоса. А как увидела в магазине маленького мальчика, сердце сжалось от радости, что скоро увижу своих детей, и заплакала. Мама этого ребенка меня спросила: «Вы, наверное, с ликвидации?»

Муж с десятилетней дочерью приехали встречать меня в Запорожье. Сколько радости было, когда я их увидела! Ноги и руки тряслись от волнения и радости.

Мне казалось, что дорогу от Запорожья до Бердянска мы проехали за считанные минуты. Время пролетело в разговорах незаметно, дочь рассказывала о своих делах, муж интересовался, как было в Чернобыле.

Мне иногда задают вопрос: поехала бы я опять в Чернобыль, если бы вернулись те времена? Многое за нас решает судьба, и я не знаю, какой бы я сейчас была, если бы в моей жизни не было Чернобыля. Наверное, я была бы просто мамой, бабушкой, женой, а сейчас я нужна не только своей семье, но и другим. Хорошо, что мои близкие поддерживают мое стремление заниматься общественной работой, помогать людям.

«Орден княгини Ольги, которым меня наградили, я считаю не только своим, а и наградой для всей нашей организации»

— Когда в Бердянске появилась чернобыльская организация?

— Это произошло в 1991 году. Когда я услышала, что в нашем городе создана такая организация, то вступила в нее. Первым ее руководителем был Олег Костюченко, потом руководители менялись. Затем организацию возглавил Павел Старцев, а в 2006 году, после его смерти, эстафету передали мне.

Тот, кто прошел Чернобыль, становится причастен к особому чернобыльскому братству. Мы чувствуем внутреннюю связь друг с другом, понимаем друг друга с полуслова, переживаем за тех, кто рядом, — как у них дела, как здоровье? И если человек выпал из поля зрения, беспокоимся, выясняем, что с ним.

— С какой целью создавалась городская организация «Союз Чернобыль»?

— Чтобы защищать социальные права чернобыльцев. У нас есть много нерешенных проблем, например, чернобыльские пенсии. Несколько лет назад многие отсудили достойные пенсии у государства, но в 2011 году их у людей забрали.

Мы ежегодно пишем программы, подаем их в управление труда и социальной защиты населения, а после того, как программу принимают, получаем финансирование из местного бюджета. Конечно, на решение всех проблем денег не хватает.

Нам иногда звонят из чернобыльских организаций других городов, спрашивают, как нам удается решать проблемы. Я отвечаю, что мы тесно сотрудничаем со всеми городскими структурами: исполкомом, сферой здравоохранения, управлением труда и соцзащиты, Пенсионным фондом. Без такого взаимодействия нам было бы намного труднее работать.

— Сколько сейчас чернобыльцев в Бердянске?

— По данным управления труда и соцзащиты, — около 400 человек. Это и ликвидаторы, и вдовы ликвидаторов, а также дети, имеющие статус чернобыльцев. Хотя по достижении 18 лет, если нет заболевания, вызванного чернобыльской катастрофой, этот статус снимают.

Более 300 бердянских чернобыльцев уже умерли. Это очень тяжело, когда уходят люди, которые были с тобой в одном строю.

Сейчас в нашей организации состоит около сотни человек. Да, она небольшая по численности, но всё же — стойко-настойчивая. И орден княгини Ольги третьей степени, которым меня наградили, я считаю не только своим, а и наградой для всей нашей организации.

— С какими проблемами к вам идут люди? В решении каких из них помогаете, а какие из них решить в принципе невозможно?

— Нередко у ликвидаторов нет документов, подтверждающих, что они действительно были в Чернобыле. Например, мне, хотя я и была военнообязанной, не выдали военный билет на предприятии, и отметку о пребывании ставить было просто негде. Хотя соответствующую справку я все‑таки взяла.

Но у некоторых таких справок нет. И когда проводилась перерегистрация, то статус чернобыльцев сняли с тех, кто не смог представить подтверждающий документ. Бывает, что человек хочет восстановить свой статус, вот мы и приходим на помощь в таких случаях, отправляем необходимые запросы.

Если раньше бесплатным санаторно-курортным лечением пользовались чернобыльцы 1 и 2 категории, то теперь государство выделяет деньги на путевки чернобыльцам только 1 категории. В этом году мы обратились к мэру, и, выслушав наши пожелания и рекомендации медиков, городские власти пошли нам навстречу. Для чернобыльцев 2 категории и для вдов чернобыльцев за счет городского бюджета приобрели 25 путевок, и люди смогли бесплатно отдохнуть и оздоровиться. Большое спасибо за это местным властям, хотелось бы, чтобы и в следующем году продолжилась такая забота о людях.

Мы тесно сотрудничаем с областной чернобыльской организацией, которую возглавляет Евгений Пегов. Он тоже помогает в решении вопросов выделения бесплатных путевок нашим чернобыльцам.

За помощью мы обращаемся также к народным депутатам Александру Пономареву, Сергею Валентирову, депутату горсовета Владимиру Безверхому, и они не отказывают нам. Благодаря им был установлен обновленный памятник чернобыльцам, и на памятные даты нам есть где проводить мероприятия.

О вот жилищные вопросы мы решить не можем, так же как и повлиять на решение проблемы с чернобыльскими пенсиями.

Мы не делим людей на тех, кто состоит в нашей организации и кто нет. Если ты ликвидатор и пришел к нам — мы всегда встретим доброжелательно. Чем сможем, поможем.

— Чем еще занимается организация?

— 26 апреля, в день аварии на ЧАЭС, и 14 декабря, в День чествования ликвидаторов, организуем различные мероприятия. Возлагаем цветы к нашему памятнику, а в учебных заведениях проводим уроки мужества.

Проводим конкурсы детских рисунков, конкурсы стихов. Уже несколько лет члены нашей организации Иван Федорцов, Сергей Миледин и Александр Харченко организовывают юношеский турнир по теннису. Бердянск несколько лет представляет запорожский край на Международном песенном фестивале «Чернобыльские мотивы» в Днепре. Участвовали мы и в поэтическом конкурсе «Зірка полині».

— Планируют ли члены «Союза Чернобыль» вместе поехать куда‑то? Возможно, некоторые хотели бы опять побывать в Припяти.

— Многие, к сожалению, поехать никуда не могут — здоровье не позволяет. А в Припять несколько человек из Бердянска ездили, как бывшие жители Припяти, так и ликвидаторы. Поездка очень им понравилась.

Чернобыль — это страница из нашей жизни. Но у меня нет желания перелистнуть ее, еще раз вернуться туда. Мне и здесь хватает воспоминаний.

«Засушивать нужно «свежие» цветы, иначе они поблекнут»

— У Вас очень необычное хобби…

— Седьмой год занимаюсь ошибаной — составляю композиции из сухих цветов и листьев. Шучу, что на появление этого моего увлечения повлияла радиация. Я каждый год езжу в санаторий, который находится в лесу. Этот лес всегда меня привлекал своей красотой, а осенние краски — это просто чудо! Я делала букеты из багряных и желтых листьев.

Понемногу меня это увлекло, и я решила сделать какую‑нибудь композицию. Как‑то мы с мужем привезли с Верховой целый мешок сухого материала, что‑то я использовала, а остальное сопрело. Пришлось выкинуть.

Начала засушивать цветы, но и тут не все сразу получалось. Методом проб и благодаря информации из Интернета узнала, что цветы нужно рвать в сухую солнечную погоду. Засушивать нужно «свежие» цветы, которые не стояли в вазе, иначе они поблекнут. Хотя васильки и барвинок сами по себе быстро теряют цвет, в отличие от дельфиниума и ромашек. И, конечно, на картину не должны падать прямые солнечные лучи.

Мои работы выставлялись в разных городах, а в прошлом году организовала персональную выставку в художественном музее. Раньше я думала, что мое увлечение нравится только мне, но оказывается, что мои работы нравятся и другим. Очень многие думают, что у меня дома хранятся целые стопы моих картин. А на самом деле — ни одной нет! Я всё раздариваю.

Справка

Татьяна Федоровна Коваленко родилась в 1955 году в Краснодарском крае. С семьей переехала в Приморский район, там окончила школу. В 1970 – 1973 годах училась в Бердянском медицинском училище. С 1975 по 1993 год работала медработником автотранспортного предприятия 2209. В 1988 году принимала участие в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. С 1991 года состоит в городской общественной организации «Союз Чернобыль», а с 2006 года — возглавляет ее.


Реклама


comments powered by HyperComments

Интервью