Рожденный ползать, куда ты лезешь?!

Калинин Алексей

4.06.09 | 14:39
Поделиться ссылкой:  

Свободное падение в тандеме с инструктором с высоты 3600 метров

Журналисты «Бердянских ведомостей» и ТРК «Юг» решились на первый прыжок с парашютом

Бытует мнение, что в жизни нужно все попробовать. И очень многие скажут, что одной из этих жизненных проб, несомненно, должен быть прыжок с парашютом. Мол, галочку о прыжке нужно поставить, перебороть себя и смело, с загадочным лицом, говорить друзьям и знакомым: «Я сделал это!». Но все это будет только потом, а до этого нужно настроиться, собраться с мыслями, взвесить все «за» и «против». О своем первом прыжке я думал долго. Вот это: «Я это сделал!», мне захотелось сказать сразу. Потом я посмотрел видео, почитал литературу и задумался. Ну а когда появилась возможность прыгнуть, сразу согласился.

Утро «стрелецкой казни»

Выезжали рано утром, ехать нужно было в Мариуполь: там каждые выходные возле аэродрома собираются парашютисты-спортсмены и новички. «Перворазники», как их там называют, проходят инструктаж и прыгают. Прыгнуть можно с разными типами парашюта, такими, как «крыло» и «купол». Также можно совершить прыжок вместе с инструктором, в так называемом тандеме. Вот, в принципе, и вся информация, которой мы обладали на момент выезда.

В автобус загружались уверенно. Будущие парашютисты и сочувствующие им выдвинулись в дорогу. Если говорить обо мне, практически всю дорогу я думал о том, как же раскрывается запасной парашют и как при этом избавляться от основного. В голове всплывали обрезки фильмов и чьих-то рассказов о том, что в воздух с собой нужно брать нож (причем я четко помнил, что его называют стропорезом), которым в случае непредвиденной ситуации придется судорожно резать стропы нераскрывшегося парашюта.

Так и доехали.

«Внимание поможет сохранить жизнь»

Изучение устройства парашюта

Нас, «перворазников», собралось пять человек. Четверо из нас были работниками «Бердянских ведомостей» и ТРК «Юг». В нашу задачу входило не только совершить первый прыжок, но и рассказать и показать его читателям и зрителям. Еще одним членом команды новичков был Володя – парень, который также решил испытать свои силы и, как он сказал, ему «просто очень давно хотелось».

Наш инструктор Антон с самого начала разговора настроил всех на рабочий лад:

— В зависимости от того, как вы пройдете инструктаж, и от того, насколько внимательно будете слушать и все четко повторять, зависит не только ваша безопасность, но и жизнь.

Учимся скользить по воздуху


Потом мы заполнили все необходимые бумаги, в которых нам советовали честно рассказать о состоянии своего здоровья. Нас спрашивали о том, понимаем ли мы, какую ответственность берем на себя, о том, сознаем ли мы, что подвергаем свою жизнь опасности. После того, как все необходимые подписи были поставлены, «перворазникам» измерили давление и пульс и отпустили на инструктаж. Как нам сообщили, обучение займет от шести до восьми часов. Все мы, прыгающие в первый раз, решили, что сделаем это на «крыле» — управляемом парашюте. Начали с его устройства. Не буду вдаваться в специфические термины, но хочу сказать, что до этого я представлял себе все немного иначе. Перед нами были парашюты новой системы (во всяком случае, я таких еще не видел). В этой системе и основной и запасной парашюты находятся сзади. Есть электронный прибор, который, по словам инструкторов, должен открыть запасной парашют на необходимой высоте в экстренной ситуации. Есть еще и пиропатрон, который тоже должен подстраховать. Вот только если ситуация будет не столь непредвиденной, а парашютист патрон использует, заплатить за него придется из своего кармана (ни много ни мало – сто сорок евро).

Наполнен, устойчив, управляем

Отработка «нештатных» ситуаций на тренажере


Прыгнуть с парашютом, не усвоив всех необходимых нюансов, – дело рискованное. Это мы после прочувствовали на собственном опыте. Все, что пригодится в небе, «перворазники» десятки раз проделывают на земле. Прыгали мы и с небольшой высоты, чтобы усвоить, как нужно правильно приземляться на ноги. Упражнение называется «сто долларов». Дело в том, что колени и стопы ног должны быть прижаты, и, чтобы «перворазники» наглядно это могли понять, инструктор предложил нам представить, что между стопами и коленями у нас зажато по стодолларовой купюре: разжал – потерял деньги. Учились правильно отделяться от самолета при выходе, на земле прорабатывали заход на посадку и всю последовательность действий.

— Как только отделились, начинаем считать: пятьсот один, пятьсот два, пятьсот три, — говорил Антон, — после этого проверяем парашют (наполненность, устойчивость, управляемость и прочее).

Я, конечно, утрирую. Не все так просто. Прежде чем подняться в небо, вам придется повисеть на тренажере, еще и еще раз повторяя свои действия.

Стропы парашюта после приземления собирают бесконечным узлом

Ближе к обеду прыгали спортсмены и наша редактор газеты с инструктором в тандеме с высоты три тысячи шестьсот метров. Нам дали некоторое время расслабиться и понаблюдать, как парят и садятся профессионалы. Это было здорово! Филигранные посадки, эмоции и обсуждения, – все это значительно придало сил и желания.

— Мы прыгаем не для того, чтобы рисковать жизнью, — говорит инструктор, — а для того, чтобы получать удовольствие.

Поэтому на обед мы пошли готовыми к прыжку «на все сто». Аппетит у всех «перворазников» был отменный. Утреннее волнение немного улеглось, ведь кое-что уже прояснилось. Но после обеда, во второй части «курса молодого бойца», Антон начал разбирать с нами непредвиденные ситуации: нераскрытие парашюта, порыв купола, двойное раскрытие, посадку на деревья, дома и линии электропередач и многое другое. И снова стало не так уж радостно: инструктор профессионально нагнал жути. И снова – тренажер, и снова – в подвешенном состоянии. Пятьсот один, пятьсот два, пятьсот три... Все по-новой, только с получением установки на непредвиденное, с отработкой четких действий в таких ситуациях. День прошел незаметно. К аэродрому приближалась гроза. Такой пакости от природы мы не ожидали. Ветер начал усиливаться, настроение портилось. В момент сдачи зачета гремело уже совсем рядом.

Посмотреть в увеличенном виде


«Парашютисты, готовность пять минут»

Предстартовая проверка и инструктаж

[hdr2]

Мы уж было совсем отчаялись, но нам подали команду: «Одеваться!». Вприпрыжку «перворазники» кинулись заполнять журналы и облачаться в приготовленные костюмы. Было здорово: специальные яркие костюмы, шлемы, наушник от рации в ухе, парашют за спиной. Все стали похожи на супергероев из японских мультфильмов. Но вот на лицах появилось нешуточное напряжение, улыбки стали немного «резиновыми», действия – порывистыми, разговоры – тихими. Кто-то, как в последний раз, задавал интересующие его вопросы, кто-то просто стоял молча… Зато группа поддержки пришла в радостное возбуждение: вся эта ситуация их забавляла и веселила. Но, в любом случае, было приятно в это время увидеть знакомые лица. Приближался «момент истины».

«Пошел!»

Для пилота «АН-2» несколько вылетов в день — обычное дело

Возле самолета нам дали еще одну небольшую передышку. Все разлеглись вокруг «Ан-2» в ожидании прогноза погоды. Спортсмены обсуждали план действий в небе, «перворазники» просто сидели: говорить уже не хотелось. Если честно, в тот момент уже хотелось в небо. Появился загоревший пилот в защитной майке и с хитрым лицом (ну очень он был похож не на воздушного аса, а на водителя маршрутки). Все с интересом посмотрели на пилота. Он махнул рукой, показывая, что можно загружаться, и произнес сакраментальную фразу:

— Волнуетесь? Не волнуйтесь, еще ни один парашютист в небе не остался.

Спортсмены перед прыжком в самолете

И полетели. Профессионалы что-то обсуждали, а новички молчали, иногда кивая головой и прислушиваясь сквозь шум двигателя к последним наставлениям инструкторов и спортсменов. В самолете у меня появилась еще одна ассоциация с маршрутным такси – уж больно шторки на иллюминаторах были похожи. Все деловито рассматривали точку, в районе которой мы должны были приземлиться. Начался мандраж, на лбу выступила испарина. «Встали!», – прокричали мне в самое ухо. Все остальное я делал, как робот: встал, попытался сделать невозмутимое лицо, подошел к открытым дверям. «Вниз не смотреть!», – это опять мне. Да какой там вниз! На выходе я запутался в руках и ногах. «Приготовиться, пошел!», – последнее, что я услышал перед отделением.

Зато как летел!

Прыжок с парашютом типа «крыло» с высоты 1200 метров


«Сильный поток воздуха ударил мне в лицо», – написали бы в художественном произведении. А я скажу проще: сильный поток воздуха ударил, куда только можно. Время остановилось. Четко помнил я одно: «если парашют не раскроется, до земли вам лететь двадцать четыре секунды». И он раскрылся! Я даже цвет его толком не рассмотрел и обрадоваться не успел. Подняв голову, я увидел, что стропы, соединяющие такой долгожданный отрезок искусственной ткани и мою жизнь, запутались. Было ли страшно? Было! Но страх этот был «правильный»: я сразу вспомнил весь курс и четко повторил то, что не один раз уже проделал на тренажере. И полетел! Из груди вырвался выдох. Я, наверное, еще ни разу с того момента, как «вышел» из самолета, не выдыхал.

После прыжка парашютисты получили дипломы «Героев неба»

С выдохом наружу вырвалось несколько нецензурных слов. Тому, кто ни разу не прыгал, передать ощущения невозможно. Скажу одно – такого я не испытывал еще никогда в жизни, и это было просто прекрасно! Спустя некоторое время, мне начали помогать по рации с земли. Инструкторы заводили нас на посадку. Но здесь, наверху, определить направление ветра и правильно лететь было не так уж и сложно, как это казалось там, внизу, тем, кто не летал. Приземление оказалось не таким мягким, как я думал. Да еще и одна нога попала на неровную поверхность, и я ее подвернул, обеспечив себе на несколько дней растирание мазью и тугую повязку. Но это все мелочи, ерунда, в сравнении с тем, как я летел. На земле я собрал, как учили, парашют. Эмоции переполняли, все было очень здорово! А главное – все получилось, и теперь я могу сказать: «Я это сделал!».

После приземления парашютистов-«перворазников» переполняют эмоции


Затем были поздравления, объятия, поцелуи и все прочее. Говорить об этом можно очень долго, но газетная площадь не выдержит такого объема впечатлений. И если кто-то спросит меня: «Оно того стоило?», я, не задумываясь, отвечу: «Да!».


Наше приложение для iOS

Реклама



comments powered by HyperComments